О сумасшествии  и как оно иногда приходит….

Иногда, как это не парадоксально., сумасшествие является лучшим из выходов.

Для меня, как для борца с безумием, это огромная проблема и принять это тяжело.

В таких случаях всегда хочется помочь. Наставить на путь истинный, вразумить и сделать все,. что угодно, лишь бы остановить этот процесс. И меня. С моей психотерапией . сносят. Как кеглю. Как пешку с доски. И я проигрываю. Проигрываю битву безумию…. Как это горько. Одномоментно, всегда задумываюсь, а что я смогла бы предложить вместо? А в ответ тишина, потому что безумие в данном случае лучший из выборов. Ведь выбор порой идет между безумием и смертью….

История. Впервые встретились мы, когда ей было двадцать с небольшим. Хорошенькая «розовая» блондинка. Светлое ясное лицо. Светлые ясные глаза. Не пахло никаким безумием. Жаловалась на тревогу, напряжение, панические атаки, временами очень сильно снижалось настроение. Постепенно, по ходу сеансов , узнавала историю ее семьи. Она меня потихоньку ужасала. Очень жесткая мама. Можно сказать «самодурка». Всем распоряжается, все знает, все умеет, везде лезет.

Папа, в прошлом выпивал, очень хорошо выпивал, наверное, и сейчас бы продолжил, но тяжелая болезнь полностью приковала его к постели и вылезти «за горючим» он просто не в состоянии. В результате крайне гневлив, раздражителен и всегда всем недоволен. Вечные конфликты ссоры и склоки в семье. Жизнь как на вулкане.  И старший брат, который лет в восемнадцать сошел с ума. По-настоящему!!!

Был этапирован мамой в психиатрический диспансер, где установили диагноз шизофрения.  Назначено лечение, предложена госпитализация. Тут мама и выступила «во всей своей красе».  Сообщила врачам, что «все они дураки и мальчик ее здоров», отказалась от терапии и начала его лечить сама. К слову сказать, мальчик на тот момент был уже около двух метров роста и имел пятьдесят второй размер.  И началось хождение по экстрасенсам и целителям, лечение магическими пассами и уринотерапией.

Одно время весь дом пропах мочой, ее выпаривали и везде добавляли. Время от времени, молодому человеку становилось настолько плохо и неадекватно, что у него вырастал уровень агрессии до космических масштабов. И он получал на улице от прохожих. Временами он вползал в квартиру, будучи немилосердно избит. Им было невдомек, что они бьют не леченного психиатрического пациента, а пристает он к ним, потому что бредит и галлюцинирует. Дома было не легче. Он побивал маму, побивал и нашу героиню. Мама все стойко терпела. Работать он естественно не мог и даже учебу закончить не успел. Наша девочка жила в вечном страхе, в любой момент могла открыться дверь и днем и ночью и разъяренный брат,  мог броситься на нее.

Защиты не было.

Она решила эту проблему легко. Взяла и вышла замуж. Муж оказался милым и тихим, нежным и любящим. Это принесло облегчение, но ненадолго. Вскоре мама стала ухудшаться по здоровью , усиливались недомогания. И тогда она сообщила моей пациентке радостную вещь «когда я умру, ты будешь ухаживать за братом».

Вот тут у нее и начался путь в безумие. Подсознательно она решила «если я буду сумасшедшей, то меня не заставят за ним ухаживать». На моих глазах у нее ухудшалось самочувствие. Нарастали мысли о смерти. Несколько раз она пыталась покончить с собой. Выброситься из окна, задушиться скакалкой. Нарастала тревога. Временами она мне напоминала мумию, настолько велика была ее тревога. Нарастали дозы препаратов, которые погружали  в состояние летаргии, а самочувствие не улучшалось. Мы с нашими коллегами психиатрами старались изо всех сил. Одна госпитализация сменялась другой. А путь в безумие не прекращался. Мама настаивала на том, что «хватит придуряться, ты абсолютно здорова, все равно будешь с ним жить».

Потом она стала толстой, как бочка на фоне приема наших антипсихотиков. А симптомы все нарастали. Потом ей дали инвалидность. А мама все считала ее здоровой. Что мы с ней только не пробовали. Какое только лечение не подбирали. Меня сносили как кеглю на пути к спасению от сумасшедше-разъяренного брата и спасением этим, было безумие. Хотя в какой-то момент она рассматривала и вариант смерти. Он так стал пугать ее, что временами ей казалось, что лучше умереть. Я очень просила и умоляла не делать этого. И в какой то момент, лет через пять от начала ее сумасшествия, мама всё-таки решила, что брата пора лечить. Он стал получать терапию, успокоился, пришел в себя.

Помягчел и перестал бросаться на людей, ему оформили пенсию и мама перестала транслировать  «уход за ним». И здесь случилось чудо!!! Ее самочувствие стало улучшаться. Симптомы начали отступать. Она превратилась в миловидную розовую блондинку. Снизились дозы препаратов и степень безумия. Осталось совсем чуть-чуть симптомчиков., я думаю,для мамы, чтобы она не «расслаблялась». А вот психотерапией я ее безумие остановить не смогла. И я не раз задумывалась, а что вместо я ей могла предложить? Был ли лучший способ решения проблемы кроме того, что она выбрала. Я искала и не находила ответа. Вот так мы иногда и проигрываем безумию, хорошо, что не всегда.